О проекте Сведения о роде Дворяне Евсюковы Евсюковы в XIX в Современники Моя родословная Прочее

Родоначальники

Мой род ведет начало от Данилы Евсюкова, родившегося в конце XVI века. Его потомки – дети боярские – с начала XVII века несли службу в городе Осколе (ныне г. Старый Оскол), за что получили землю в Орлицком стане Оскольского уезда в деревне Волково (ныне село Волково). В Орлицком стане по данным разных источников в начале XVII века числятся четыре сына Данилы: Емельян Данилов сын Евсюков (упоминается в документах 1615, 1630, 1643, 1645, 1646 и 1653 годов), Павел Данилов сын Евсюков (1626), Неустрой (Неуструй) Данилов сын Евсюков (1643, 1646, 1653, 1658) и Юрий Данилов сын Евсюков (1643, 1645, 1646). В 1640 году от поблизости от деревни Волково возникла деревня Огибная поляна (ныне с. Огибное), куда переселились Неустрой и сын Павла Петр. От Неустроя Данилова и пошли мои предки, которые прожили в селе Огибном почти 250 лет.

В 1653 году Орлицкий (или как его еще называют в писцовых книгах Орликовский) стан был передан вновь образованному Яблоновскому уезду. Сохранился документ 1653 года, в котором перечислены «Имена яблоновцом детем боярским Орликовского стану которые в нынешнем во 161 году по Государеву цареву и великого князя Алексея Михайловича всея Руси указу от Оскола города отписаны к Яблонову». В этом списке упомянуты Дмитрей Юрьев сын Евсюков, Неуструй Данилов сын Евсюков, Герасим Емельянов сын Евсюков (с окладами по 250 чети и по 6 руб.), Назар Емельянов сын Евсюков (оклад 250 чети и 5 руб.), Петр Павлов сын Евсюков и Емельян Данилов сын Евсюков (оклад по 150 чети и по 5 руб.).

Какие же события происходили в то время на этой территории, и что являлось причиной заселения южных рубежей Русского государства военно-служилыми людьми, среди которых были и Евсюковы?

В течение XVI-XVII веков Русское государство вело длительную и упорную борьбу с крымскими татарами и ногайскими ордами, совершавшими постоянные опустошительные набеги на его южные рубежи. Система укреплений, проходившая по берегам реки Оки, не обеспечивала полной безопасности южных границ. Достаточно было врагу прорвать или обойти укрепленную линию, как он оказывался в самом сердце Русского государства. Поэтому в конце XVI века было признано необходимым наряду со старыми крепостями (Тула, Ряжск, Шацк и др.) построить у самого «Дикого поля» (так называлась безлюдная степь, лежавшая между Русью и Крымом) новые города-крепости: Белгород, Оскол и Валуйки.

Создание и обслуживание засечных черт требовало большого числа воинов, стрельцов, пушкарей, драгун, рейтар1, засечных сторожей, рассыльщиков, затинщиков2, воротников3, городовых и др. Так образовалась обширная сословная категория служилых людей, состоявшая из отдельных сословных групп, каждая из которых обладала определенными, отличными от других правами и привилегиями, однако практически все они в качестве жалования за службу получали землю на поместном праве, как тогда говорили «верстались поместьями».

Служилые люди Старооскольского уезда по классовому и служебному положению делились на две категории. К первой относились дети боярские – служилые люди «по отечеству». Основная масса детей боярских являлась потомками княжеских слуг удельного времени и старинных боярских родов. Обедневший сын боярина оставался на всю жизнь известен в качестве сына знатного отца. Дети боярские были помещиками и получали в зависимости от чина и выполнения служебных обязанностей денежные и земельные оклады. Большинство детей боярских Старооскольского уезда получало наделы размером в 100-200 четей4 и от 3 до 6 рублей жалованья в год. Вторая категория – это служилые люди «по прибору» - стрельцы, казаки, пушкари, затинщики, драгуны, солдаты, воротники, ямщики. Служилые люди этой категории набирались из разных сословий и групп населения – вольных людей, жителей иных городов и уездов, Донского, Волжского, Уральского, Терского казачества.

Молодые оскольчане привлекались к службе с 15-ти лет и вносились в боевые списки «где кому в осадное время быть по башням и стенам», а затем и официально верстались в службу. Традиционное умение оскольчан обращаться с холодным и огнестрельным оружием передавалось от дедов и отцов сыновьям и внукам. В солдаты старооскольцы шли неохотно и предпочитали записываться в рейтарские полки, которые напоминали дворянскую конницу.

Откуда же собирали служилых людей на службу в Оскол и откуда туда приехали Евсюковы? Оставим в стороне споры ученых о дате возникновения города Старый Оскол, заметим только, что большинство их склоняются к мнению, что новая волна заселения Оскольского края (после упразднения Усть-Ублинского острожка, который существовал в этой местности с 1571 года) началась приблизительно в 1592 году. Назначенный правительством воевода Степан Данилов по составленному ранее чертежу и росписи определил места новых сельских поселений, руководил сооружением рва и земляного вала, ограничил территорию города временной деревянной оградой и назначил по росписи станицы и сторожи. В 1629 году Оскольские жители послали царю Михаилу Романовы несколько челобитных, начинавшихся со слов: «в прошлом, в сотом году, блаженная памяти при Государе царе и Великом князе Федоре Ивановиче всея Руси сведены отцы наши и мы в Оскольский город в твою государеву станичную службу из разных городов и велено нас устроить дворами и усадами и землею воеводе Степану Данилову». «Прошлый сотый год» – это 7100 год по старому летоисчислению, что соответствует 1692 году по новому календарю. К сожалению строельная книга г. Оскол не сохранилась, поэтому вопрос о происхождении оскольских Евсюковых пока остается открытым.

 

Путь предков

В течение XVI - XVII веков число Евсюковых в селах Волково и Огибное стремительно увеличивалось. В первую ревизии 1719-20 г. в Огибном зафиксировано 4 семьи Евсюковых, а в Волково уже 10. По данным ревизий 1762-1858 годов в Огибном проживало от 4 до 11 семей Евсюковых общей численностью от 53 до 88 человек обоего пола (см. таблицу ниже), что составляло 8-12% всего населения села. В Волково Евсюковых по количеству проживало меньше – от 49 до 71 человек, зато семей было больше: от 6-ти до 13-ти. Кроме этих двух сел, поблизости в деревнях Дальняя Ливенка и Лабышкино жили еще 2-3 семьи Евсюковых. Наконец, по спискам четвертных подворных владельцев Коньшинской волости Новооскольского уезда за 1880 год 11 семей Евсюковых числятся в селе Огибное, 12 семей – в Волково и по одной семье в деревнях Дальняя Ливенка и Лабышкино.

год

Огибное

Волково

муж.

жен.

всего

в том числе Евсюковых

Евсюковых

муж

жен

всего чел (дворов)

муж

жен

всего чел (дворов)

1720

 

 

 

13

-

- (4)

40

-

- (10)

1745

297

 

 

21

-

- (4)

32

-

- (10)

1762

 

 

 

32

20

52 (4)

29

20

49 (9)

17825

313

330

643

39

40

79 (7)

31

27

58 (13)

17956

330

311

641

37

36

73 (10)

30*

32*

62 (12)*

18167

341

363

704

34

42

76 (10)

33**

27**

60 (10)**

18348

296

353

649

40

39

79 (10)

31

32

63 (6)

18509

 

 

 

37

51

88 (11)

 

 

 

185810

452

502

954

31

43

74 (10)

35

36

71 (7)

186211

441

475

916

 

 

 

 

 

 

* Вместе с д. Дальняя Ливенка (2 двора, 3 муж., 6 жен.)

** Вместе с д. Дальняя Ливенка (1 двор, 2 муж.)
 

Постепенно Евсюковы сел Огибного и Волкова превращались в «однодворцев». Однодворцы являлись потомками служилых людей: детей боярских, казаков, стрельцов, солдат конных и пеших полков, засечных сторожей и т.п., селившихся в XVI-XVII веках на южных и восточных окраинах Московского государства для защиты его от крымских и ногайских татар. Термин «однодворец» означал буквально то, что мелкий землевладелец, не имея у себя во дворе крестьян, сам должен был обрабатывать свой земельный надел.

Относительно службы к однодворцам предъявлялись меньшие требования, чем к детям боярским, владевшим населенными имениями. Их собирали в город только при получении известий о приближении татар: «без вести о татарах, – читаем в грамоте 1638 года, – их в городе держати не велено, потому что они, бедные однодворцы, работают сами на себя». Однако государство требовало от служилых людей, чтобы они не только несли воинскую службу, но и «всякие подати платили и поделки делали». Сохранить свои права в этих условиях могли только те из них, кто имел своих крепостных. Абсолютное же большинство служилых людей крестьян не имело и могло обеспечить выполнение государственных требований только тогда, когда один из членов семьи нес службу, а все остальные вели крестьянское хозяйство и таким образом обеспечивали семье средства к существованию, возможность выполнения казенных повинностей, поставки хлеба и выплату податей. Число крестьян в южных уездах в конце XVII века постепенно уменьшалось, тогда как число поселений и число служилых людей постоянно возрастало. Помещики превращались в однодворцев, все чаще принимались за плуг лично. «Крестьян и бобылей нет, пашет сам», – отмечали о них переписчики. В 30-х годах XVIII века на территории Белгородской губернии однодворцев насчитывалось 453 тыс. душ мужского пола, а в 30-х годах XIX века – более 1 млн.

Постепенно фактическое положение абсолютного большинства служилых людей все больше приближалось к положению государственных крестьян. Этому в немалой степени способствовало и то, что за полтора-два века со времени возникновения засечных черт, численность служилых людей возросла во много раз, так как на смену семье служилого человека, получившего земельную дачу, пришли семьи сыновей, внуков и правнуков. Дачи служилых людей оказались разделенными между их потомками и далеко не всегда были больше наделов помещичьих или государственных крестьян. Так, по ревизской сказке 1719 года однодворец Калина Иванович Евсюков владел 80 четями (четвертями) пашенной земли (или 120 десятинами). Через 160 лет, в 1879 году пра-пра-правнук Ефима (брата Калины) – Казьма Карпович Евсюков имел в собственности всего 21 десятину земли. В этом же году Казьма Карпович отделил из своего надела 11 десятин своему брату, отставному солдату Лаврентию Карповичу Евсюкову (моему прапрадеду). Остальная земля из тех 120 десятин распределилась за эти годы между другими потомками Калины, Ефима и их братьев. На момент ревизии 1762 года все они вместе со своими семьями проживали в одном дворе – всего 31 человек (см. копию ревизской сказки: 1, 2, 3).

С продвижением границ России на юг часть служилых людей переселялись на новые рубежи. Этот процесс коснулся и Евсюковых. Так, в ревизских сказках 1795 года отмечено, что в 1780-е годы 3 семьи Евсюковых из сел Огибное и Волково «вышли на Моздоцкую линию», то есть переселились далее на юг, на Кавказ, где в 1763 году была сооружена еще одна засечная линия для охраны новых границ Русского государства. Таким образом, родственники Евсюковых есть и на Кавказе.

К концу XVII века все служилые люди Черноземья платили подати и несли различные казенные повинности. Их земли захватывали и скупали дворяне, селили на них своих крепостных, попутно с этим закабаляя и превращая в крепостных и некоторую часть однодворцев. За недоимки и «бранные слова» однодворцев били кнутом, ссылали в Сибирь, сыскивали, как и беглых крестьян. Местные власти и дворяне презрительно называли их мужиками. Однако психология однодворцев оставалась феодальной. Однодворцы цеплялись за свои былые, фактически уже утраченные, права и привилегии, подавали жалобы и челобитные, презрительно отзывались о помещичьих и государственных крестьянах, добивались включения в состав дворянства. Позже все это отразилось в однодворческих наказах, поданных в Уложенную комиссию 1767-1768 гг., созванную Екатериной II.

В первой четверти XVIII века однодворцы были превращены в одну из категорий государственных крестьян и, как все другие их категории, обложены подушной податью. С созданием регулярной армии на них была распространена и рекрутская повинность, правда, в специфической форме: формировать и содержать полки ландмилиции, несшие службу на южной границе, что не исключало их привлечения в армию, действовавшую на западе и северо-западе. На однодворцев легло значительное число казенных повинностей. Созданные в этот период уездные, провинциальные и губернские канцелярии ведали однодворцами наравне с другими категориями государственных крестьян. Былое «поместие» XVI-XVII веков превращалось в крестьянский надел однодворца, входившего в однодворческую общину. Процесс превращения низших категорий служилых людей в крестьян-однодворцев был логическим следствием их экономического положения в сословной системе феодально-крепостнической России. Хотя некоторые из них имели одну-две семьи крестьян, это ничего не меняло. Не менял положения однодворцев и указ 1731 года, запрещавший называть их государственными крестьянами. Но если в ревизиях 1719-1834 годов жители сел Огибное и Волково записаны как однодворцы, то уже в 1850 году они официально названы государственными крестьянами.

Государственные крестьяне не были крепостными, а работали сами на себя, хотя платили пошлины в казну. После отмены крепостного права они получили в собственность свои земли и стали развивать свои хозяйства. Многие из них впоследствии стали зажиточными крестьянами и середнякам, и переселились в Сибирь во время Столыпинских реформ (переселиться в Сибирь могли себе позволить только те, у кого было достаточно денег). Среди таких переселенцев были и мои предки Евсюковы.

Чтобы представить жизнь Евсюковых в Курской губернии после отмены крепостного права посмотрим, какая информация по селу Огибному содержится в Сборнике статистических сведений по Курской губернии за 1886 год.

«Надел расположен в 4-х особняках, неподалеку от селения. Почва на полях не везде одинакова, чернозем занимает большую часть пахотной площади, затем есть часть иловатой и солонцеватой <почвы>. Подпочва состоит везде из глины. Поверхность поля неровная, бугроватая и к тому же покрыта каменьями. В трех особняках земля клиновая и в одном, наиболее отдаленном от селения, – заполье; всей запольной земли считается здесь 263 десятины. Некоторые домохозяева унаваживают свои ближние полосы, как под рожь, так и под пшеницу; на одну десятину вывозят удобрения до 300 возов. Из хлебов, кроме упомянутых ржи и пшеницы, сеется еще греча, просо и овес, а на усадьбах – конопля. Сенокоса в общине нет. Лесу считается здесь 365 десятин, в том числе 121,1 дес. находится в подворном четвертном владении крестьян и 243,9 дес. – в общинном, мирском пользовании; правильной системы рубки не существует. Общественные доходы: с кабака берут по 200 руб. в год, каковые деньги жертвуют на церковь. Общественные мирские расходы составляют 468 руб., в том числе: на жалование сельскому старосте – 30 руб., сельскому писарю – 30 руб. и по ½ четверика12 ржи с каждого двора, или всего – около 90 руб., церковному сторожу – 60 руб., сельскому сторожу – 60 руб., на общественные молебны – 10 руб., на пастьбу скота – 71 руб., и наконец на содержание сборного и сельского пункта – 147 руб.

При 12-ти десятинном наделе на двор крестьяне живут сравнительно обеспеченно. Домохозяева, имеющие надел ниже этой цифры, для пополнения своего бюджета, арендуют землю у соседних владельцев, или отпускают одного из членов семейства на лето на заработки ‘в закос’. Грамотных в общине мало, потому что ближайшая школа находится в 4-х верстах от селения.»

Мой прапрадед Лаврентий Карпович Евсюков родился в селе Волково в 1834 году. Мой дед, которому Лаврентий Карпович тоже приходился дедом, никогда его не видел. Когда я начал исследовать свои корни, я понял почему – Лаврентий Карпович был его старше на 93 (!) года. Лаврентия Карповича взяли в рекруты в 1855 году, когда ему исполнился 21 год. В момент призыва Лаврентия срок действительной службы составлял 20 лет, но после окончания Крымской войны в 1856 году его снизили до 12 лет; столько он, скорее всего, и прослужил (то есть приблизительно до 1867 года). В Огибном у Лаврентия Карповича родились сыновья Андрей (в 1872 году), Павел (1875) – пой прадед и дочь Елена (1881). Не известно, были ли у Лаврентия Карповича другие дети, в том числе рожденные в 1867-71 годах, если да, то они, вероятно, остались в Огибном. Сам же Лаврентий Карпович в конце XIX века (возможно в 1886 году) со своим братом Дмитрием (1856 г.р.), женами и детьми переселились в Сибирь в село Салтаим Крутинской волости Тюкалинского уезда Тобольской губернии (ныне это Крутинский район Омской области). По-видимому переселенцы из Курской губернии переезжали в Салтаим организовано, так как Ряшины, чья дочь Ульяна Антоновна впоследствии вышла замуж за Павла – сына Лаврентия Карповича – также были родом из Курской губернии, но из другого уезда. Само же село Салтаим образовалось в 1886 году, возможно из переселенцев Курской губернии. В 1890 году уже в Салтаиме у Лаврентия родился сын, а у Дмитрия – дочь. Оба брата были грамотные. В переписных листах Первой всеобщей переписи населения Российской Империи (см. 1, 2) значится, что грамоте они обучались на службе в полку.

В Салтаиме у Лаврентия Карповича родился еще один сын – Афанасий (1890), а моего прадеда – Павла Лаврентьевича взяли в рекруты (на момент переписи 1897 года он находился на военной службе). В то время призывной возраст составлял 21 год, то есть призвать его должны были в 1896 году, а срок службы – 4 года. Затем Павел Лаврентьевич воевал на Русско-японской войне, где был ранен, а также награжден орденами. О жизни Павла Лаврентьевича много рассказывал мой дед, рассказы которого я записал и вместе с родословными изысканиями распространил среди родственников несколько лет назад.

Вот вкратце история моего рода, которая непосредственно связана с событиями, происходившими на территории нашей родины на протяжении нескольких столетий. Всего за почти три столетия – в XVII-XIX веках – в селах Волково и Огибное проживало около 1000 Евсюковых. Все они являются родственниками и зафиксированы в нескольких генеалогических древах. Пока не удалось объединить всех их в одну роспись, но как только мне это удастся, я опубликую эту информацию на этом сайте.

 

Село Огибное в XVII-XX вв.

Оскольский уезд в первой четверти XVII века занимал верхнее течение реки Оскола и ее северных притоков и делился на пять станов. Характерным для селений Оскольского уезда является то обстоятельство, что в них почти совсем не было ни крестьян, ни бобылей. На весь уезд в начале XVII века был только один бобыльский двор. Население Оскольского уезда состояло целиком из детей боярских. Только в двух деревнях Чуфичевского стана Верхней и Нижней Атаманской жили станичные атаманы, а в сельце Голубине Орлицкого стана – беломестные казаки.

Деревня Волково в начале XVII века входит в состав Орлицкого стана Оскольского уезда. Названа по фамилии первопоселенца Андрея Григорьевича Волкова. Впоследствии по данным ревизских сказок Евсюковы брали в жены потомков Андрея Григорьевича Волкова. В 1615 году в деревне Волково было 14 помещичьих дворов (в том числе упомянутого выше Андрея Григорьевича Волкова, а также Емельяна Даниловича Евсюкова).

В 1640 году в четырех километрах от Волково возникает деревня Огибная поляна (ныне с. Огибное). Огибная поляна находилась у края Орлицкого леса, по обе стороны Онохинского колодезя. Стояла на Молодежинской поляне, но в названии отражены, вероятно, природные особенности местности – территорию поселения огибали два овражка логов с ручьями – Молодежинский колодезь и Онохинский колодезь.

Вот что сказано в писцовой книге Оскольского уезда 1643 года (см. снимок): «Деревня Огибная Поляна что была пустошь дикое поле по конец Орлицкого лесу против Молодежникова колодезя на Молодежникове поляне по обе стороны Онохинского колодезя стала во 148 году … за помещики». 7148 год – это и есть 1640 год по новому исчислению. Недавно опубликована статья об истории основания села Огибного. Ее можно посмотреть здесь.

Территориальное подчинение села Огибное в XVII-XX веках

1640 – Год основания13. Деревня Огибная поляна, Орлицкий стан Оскольского уезда.

1653 – Орликовский стан (село Волково и деревня Огибная) отошел к Яблоновскому уезду14.

1681 – Деревня Огибная.

1719 – Деревня (?) Огибная, Орлицкий стан Яблоновского уезда15 Белгородской провинции Киевской губернии.

1748, 1762 – Село Огибное, Орлицкий стан Яблоновского уезда16 Белгородской провинции Белгородской губернии.

1782, 1795 – Село Огибное, Новооскольская округа Курского наместничества17.

1816, 1834 – Село Огибное, Огиблянская волость Новооскольского уезда Курской губернии18.

1850, 1858 – Село Огибное, Огиблянское сельское общество, Русско-Халанской волости Новоос­кольского уезда Курской губернии19.

1862 – Огибное (Козмодемьянское) село казённое при колодцах, 4-й стан Новооскольского уезда. 115 дворов, 441 мужчин и 475 женщин. 1 православная церковь (Космо-Дамианская) 20.

1880, 1889 – Коньшинская волость Новооскольского уезда Курской губернии.

1890 – в Огибном 1 июля и 1 ноября в день св. безсребр. Казьмы и Демьяна проходили ярмарки, которые были разрешены постановлением губернского собрания от 12 декабря 1877 года21.

С 12.05.1924 – Больше-Халанская волость Старооскольского уезда. С 30.07.1928 – Скороднянский, с 18.01.1935 – Большедворский, с 27.05.1959 – Чернянский, с 1.02.1963 – Новооскольский, с 12.01.1965 – Чернянский районы Белгородской области22. В настоящее время – центр Огибнянского сельского поселения.

Села Волково и Огибное на картах XVII-XX веках

В этом разделе я собрал воедино все доступные мне карты, на которых изображены села, где жили мои предки.

1) Карта Оскольского уезда XVII века из книги А.П. Никулова Старый Оскол (Историческое исследование Оскольского края). - Курск, 1997. Вся карта. Фрагмент с д. Волково.

2) Карта Новооскольского уезда 1786 года. ("Геометрический генеральный план города Нового Оскола и его уезда, состоящего в Курском наместничестве, сочинен в том же наместничестве в межевой конторе в 1786 г."). Масштаб: в 1 дюйме 500 сажень. Фрагмент карты с с. Огибное и Волково, д. Лабышкина и Ливенская. Фрагмент карты с с. Огибное и д. Лабышкина. Очень подробная!

3) Российский атлас из сорока четырех карт состоящий и на сорок два наместничества Империю разделяющий, 1792 год. Карта Курского наместничества. Фрагмент 1, Фрагмент 2.

4) Российский атлас из сорока трех карт состоящий и на сорок одну губернию Империю разделяющий, 1800 год. Фрагмент карты Курской губернии.

5) Специальная карта западной части России, Шуберта, ок 1840 г. Масштаб: в 1 дюйме 10 верст. Фрагмент карты с с. Огибное и Волково, и д. Лабышкина (на карте "Ливышкуна").

6) Карты губерний подведомственных Управлению Первого департамента Государственных Имуществ с приложением кратких статистических ведомостей, составлены под руководством старшего землемера Грибовского Фрагмент карты Курской губернии 1843 г. (масштаб: в 1 дюйме 45 верст).

7) Подробный атлас Российской Империи с планами главных городов, СПб, 1871 г. Фрагмент карты Курской губернии (масштаб: в 1 дюйме 20 верст).

8) Военная топографическая карта России второй половины XIX века ("военная трехверстка"). Масштаб: в 1 дюйме 3 версты. Фрагмент 1 (села Волково, Огибное и Лабышкино), Фрагмент 2 (окрестности включая Дальнюю Ливенку). Очень подробная!

9) Специальная Европейской России под ред. Стрельбицкого. Фрагмент (масштаб: в 1 дюйме 10 верст)

10) План Новооскольского уезда Курской губернии. Составил А.Заикин. Издание Курского Губернского Земства, 1907. Фрагмент 1 (Волково, Огибное и Лабышкино), Фрагмент 2 (окрестности включая Дальнюю Ливенку). Масштаб в 1 дюйме 50 саженей. Очень подробная!

11) Фрагмент топографической карты 1985 г. Масштаб: 1 км в 1 см (1:100000).

12) Общегеографический региональный атлас "Белгородская область", 2000 г. Масштаб: в 1 см 2 км. Фрагмент 1 (Огибное и Волково), Фрагмент 2 (окрестности).

 

Фамилии родственников

Здесь я привожу фамилии нескольких родов, которые в разное время породнились с родом Евсюковых, и предки которых также являются и моими предками.

Роды, породнившиеся с Евсюковыми сел Волково и Огибное приблизительно в 1750-1770-х годах. В скобках указано, откуда была взята невеста.

Волковы (с. Волково), Гончаровы (с. Огибное), Гущины (с. Прилепы), Давыдовы/Довыдовы (с. Ездоцкое Новоскольского уезда; д. Ливенская), Евдокимовы (с. Огибное), Елисеевы (с. Огибное), Захаровы (с. Огибное), Зеновьевы (с. Волково), Иваниновы ? (с. Меловое), Капниковы (с. Огибное), Колесниковы (с. Акунье ? Новоскольского уезда), Маслениковы (д. Присынка Староскольского уезда), Минаевы/Манаевы (с. Волково), Мишанины (д. Дальняя Ливенка), Понарины (с. Волково), Сапрыкины (с. Волково), Сечины (с. Волково), Труновы (с. Огибное), Фалеевы (с. Прилепы), Хряпины (с. Волково)

Если по фамилии Евсюковы я довел родословную до конца XVI века, то другие фамильные линии исследованы мной на сто с небольшим лет в прошлое. Ниже я перечислил фамилии моих ближайших прямых предков конца XIX века с указанием населенных пунктов, в которых они проживали. По ссылкам по каждому населенному пункту приведены краткие данные о нем и географические карты разного времени с изображением окрестностей.

Андреевы, дер. Бадажки Казанской волости Каинского уезда Томской губернии (ныне Барабинский район Новосибирской области)

Булдаковы, село Зыково Александровской волости Барнаульского уезда Томской губернии (ныне Панкрушихинский район Алтайского края)

Литвиновы, село Рудня Камышинского уезда Саратовской губернии (ныне Руднянский район Волгоградской области)

Нестеровы, Камышловский уезд Пермской губернии (ныне Свердловская область) и село Зыково Александровской волости Барнаульского уезда Томской губернии (ныне Панкрушихинский район Алтайского края)

Протасовы, село Зыково Александровской волости Барнаульского уезда Томской губернии (ныне Панкрушихинский район Алтайского края)

Ряшины (Рашины), село Салтаим Крутинской волости Тюкалинского уезда Тобольской губернии (ныне Крутинский район Омской области)

Чернышевы, дер. Бадажки Казанской волости Каинского уезда Томской губернии (ныне Барабинский район Новосибирской области)

Чечулины, с. Устьянцево Нижне-Каинской волости Каинского уезда Томской губернии (ныне Барабинский район Новосибирской области)

Чумаковы, село Рудня Камышинского уезда Саратовской губернии (ныне Руднянский район Волгоградской области)

Если Вы нашли свою фамилию среди упомянутых выше и география совпадает с местами проживания Ваших предков – пожалуйста напишите мне. Мы можем оказаться родственниками!


[1] Драгуны – вид кавалерии, предназначенной для действий в конном и пешем строю. Рейтары – вид тяжелой кавалерии.

[2] Затинщики обслуживали «затинную» (стоявшую за крепостной стеной) артиллерию.

[3] Воротники несли свою службу у крепостных ворот и обязаны были следить за их состоянием.

[4] Четь (четверть) – мера объема сыпучих веществ, преимущественно зерна, круп, муки (209,91 литра), а также мера площади (площадь, засеваемая одной четвертью зерна – около полудесятины). Система хлебопашества в те времена была трехпольной: часть земли отводилась по яровые, часть под озимые и часть под пар. Выражение «10 чети в поле, а в дву потому ж» означает, что в каждом из трех полей было по 10 чети, следовательно всей земли 15 десятин. Сенная и луговая площадь обозначалась копнами, которых в одно десятине считалось десять.

[5] ГАКО: Ф 184, оп 2, д 188.

[6] ГАКО: Ф 184, оп 2, д 287.

[7] ГАКО: Ф 184, оп 2, д 420.

[8] ГАКО: Ф 184, оп 2, д 620.

[9] ГАКО: Ф 184, оп. 2, д. 853

[10] ГАКО: Ф 184, оп 2, д 1034.

[11] Список населённых мест Курской губернии по сведениям 1862 года. СПб., 1862., № 1493

[12] Четверик – старая русская мера сыпучих веществ, равная восьмой части четверти,
или 26,239 л.

[13] Писцовая и межевая книга Старооскольского уезда писца Г.Д. Хотетовского, 1643 г. РГАДА: Ф 1209, оп.1, ч.1, д. 343, л.531 об.

[14] РГАДА: Ф 210, Столбцы Белгородского стола, кн. 358

[15] По ревизским сказкам (РГАДА: Ф 350, оп. 2, д. 4174).

[16] По ревизским сказкам (РГАДА: Ф 350, оп. 2, д. 4175, ГАКО: Ф 184, оп. 2, д. 70, л. 14).

[17] По ревизским сказкам (ГАКО: Ф 184, оп. 2, д. 188, л. 490, д. 287, л. 543).

[18] По ревизским сказкам (ГАКО: Ф 184, оп. 2, д. 420, л. 759, д. 620, л. 37).

[19] По ревизским сказкам (ГАКО: Ф 184, оп. 2, д. 853, л. 674, д. 1034, л. ?).

[20] Список населённых мест Курской губернии по сведениям 1862 года. СПб., 1862., № 1493 (ГАКО)

[21] Журнал заседаний XXV очередного Новооскольского уездного земского собрания
с 14-го по 18-е октября 1889 г. – Курск, 1890. – С. 189.

[22] Справочник административно-территориального деления Белгородской области.
Белгород, 1969. – С. 108.


 
|О проекте| |Новости| |Сведения о роде| |Дворяне Евсюковы| |Евсюковы в XIX в| |Современники| |Моя родословная| |Прочее|

Copyright © Евсюков Д., 2006-2013